На звонок в дверь вышел Михаил Иванович и, поздоровавшись, очень по-доброму, как старой знакомой, сказал: «Пойдёмте в горницу». От этого древнего, забытого в больших городах слова – «горница» – сразу повеяло необычным душевным теплом произнесшего его человека… В Рыбном Михаил Иванович живёт без малого полвека, и почти столько же дому, выстроенному умелыми руками своего хозяина.
…Талантливый человек талантлив во всём – это довольно смелое утверждение вспомнилось сразу, как только я узнала, что Михаил Иванович – профессиональный художник. Кстати, о своих первых уроках рисования он рассказывает в недавно изданном сборнике «Выжелес» (своим названием книга обязана родному селу Шабатина, расположенному в Спасском районе). По окончании Выжелесской семилетки Михаил решил учиться на художника. А вот поработать по специальности не довелось…

Кисть на винтовку поменял
«Не судьба», – говорит Шабатин. Дело в том, что в Рязанское художественное училище он поступил в 1937 году, а окончил его 4 года спустя – 20 июня 1941 года… Конечно, на поле боя Шабатин попал не в первый день войны – некоторое время он постигал азы «науки побеждать» в запасном полку в Арзамасе. Впрочем, «наука побеждать» – не самое подходящее определение для того, чему учили новобранцев. За 3 месяца каждому из них удалось выстрелить из винтовки всего 3 раза.
В одну из декабрьских ночей бойцов «погрузили» в товарные вагоны. Как было объявлено, поезд следовал в Москву: на подступах к столице в это время шло жесточайшее сражение. В окрестностях города Козельска Калужской области сделали остановку. Несколько дней шли пешком, ночевали в деревнях.
– Однажды нас привели в какой-то большой сарай или конюшню, – вспоминает Михаил Иванович. – Посредине кучей были навалены винтовки. В одном углу, тоже кучей, - противогазы. В другом – патронташи. В третьем – гранаты. Нам приказали вооружиться – и на выход.

«Снайпер» – телефонист
После того, как солдаты получили положенный набор боеприпасов, их отправили в действующий полк – 37-й гвардейский, входивший в состав 16-й гвардейской дивизии Брянского фронта. Новобранцев сразу повели в окопы, располагавшиеся за деревней Попково.
Уже во всю шла стрельба. Немцы стреляли трассирующими, а нам казалось, что пули летят прямо в нас. Многие стали пригибаться, падать. «Что же вы, – пристыдил нас командир, – ещё пороху не нюхали, а уже падаете. Смотрите на меня: я иду в полный рост – и вы не пригибайтесь. А если я поползу, то и вы за мной ползите». В конце концов, под утро «скатились» в траншею. Стало светать. Я сел, прислонившись к брустверу, винтовку поставил перед собой и от нечего делать начал её рассматривать. И что же: винтовка-то без мушки оказалась! Доложил об этом командиру. Он вначале опешил: «Ты знаешь в какой стороне немцы находятся? Покажи». Я показал. «Ну вот, – сказал командир, – где немцы, ты знаешь. Туда и стреляй. А без мушки обойтись можно. Ты что, снайпер?»

Пришлось Михаилу Шабатину быть «снайпером» поневоле. И ведь удавалось как-то стрелять без мушки! Некоторое время спустя часть продвинулась к городу Сухиничи Калужской области. А накануне этого события Шабатина перевели в телефонисты. По приказу комбата я явился в штаб. Вызвали также сержанта Феклина. Комбат спрашивает: «Феклин, у тебя нет телефониста?!» Тот отвечает: «Нет». « Теперь будет», – указал на меня комбат. Я пытался возражать: в телефонах, мол, ничего не понимаю. Но у комбата разговор был короткий: «Физику учил?» – «А как же!» – «Феклин, забирай солдата и через час доложи, что он обучен».

В апреле 1942 года в бою под Сухиничами Михаил Иванович получил тяжёлое ранение в грудь и без малого год лечился в Ижевском госпитале. Пуля оказалась разрывной, поэтому для её извлечения понадобилось несколько операций. Один осколок в области позвоночника «сидит» до сих пор… Ратные заслуги Шабатина были по достоинству оценены Орденом Отечественной войны, медалями «За оборону Москвы» и «За победу над Германией».
После госпиталя Шабатин был демобилизован и вернулся на Рязанщину – правда, не в родное село Выжелес, а в Задубровье Шиловского (тогда Шелуховского) района.

Здесь Михаил Иванович заведовал заводским клубом, работал в местной школе. Село, достойное своего поэтического названия, вдохновило его на создание стихов, которые публиковались в районной газете. Вскоре они стали появляться и на страницах областных газет: «Сталинское знамя», «Сталинец», «Приокская правда». Почти три десятка лет – с 1953-го по 1981 год член союза журналистов М. И. Шабатин работал в Рыбновской районной газете «Ленинское знамя» (позже переименованной в «Приокскую новь»). Можно смело утверждать, что не осталось в Рыбном не одного предприятия и ни одной организации, где не бывал бы по журналистским делам Михаил Иванович. И не только бывал – их планы, проблемы, успехи он старался максимально объективно отразить в своих публикациях.

Вместе с женой (которой, к сожалению, уже нет в живых) Михаил Иванович вырастил двух дочерей. Старшая, Зоя Михайловна Дикун, в долгом представлении не нуждается. Она директор музея Сергея Есенина в Константинове, и во многом благодаря ей музей так преобразился в последние годы. Младшая, Елена Михайловна Михеева, возглавляет фирму «Строймаркет».
– Отец всегда и во всём служит примером не только нам, дочерям, но и нашим детям, – говорит Елена Михайловна. – И мы очень благодарны ему за всё, что он для нас сделал.

Надо сказать, благодарность дочерей и внуков выражается не только в добрых словах. При их активной помощи и поддержке изданы четыре книги М. И. Шабатина: «Выжелес», «Задубровье», «Наедине с собой», «Постижение красоты». И творческая искра, несмотря на солидный возраст и последствия военного ранения, в этом человеке не угасает. Надеемся, скоро увидят свет ещё две книги Михаила Ивановича – «Откровение» и «Разноцветные пуговки».

Если в днях минувших
строго разбираться,
Делам свершённым
подводить итог,
Поверьте мне, всегда
будет казаться,
Что сделал мало,
больше сделать мог! –

написал Михаил Шабанин в своём стихотворении «Время и дело». Но мне кажется, это больше, чем просто стихотворение строчки, - это жизненное кредо Михаила Ивановича Шабатина, изменять которому он не собирается.